Странные мы …



Мы смеёмся над смертью и покупаем килограммы таблеток в аптеке…

Мы говорим, что жизнь прекрасна и идём в магазин за ещё одной бутылкой водки…

Нам не важно общественное мнение, и мы постоянно спрашиваем: "как я выгляжу?"…

Мы любим одиночество и крепко сжимаем в руке мобильник…


Мы говорим: "Я не поднимал трубку, потому что был занят", когда нам стыдно признаться в том, что слышать этот голос больше не доставляет нам радости…

Мы говорим: "Мне от тебя больше ничего не надо", когда не можем получишь то, что хотим…

Мы говорим: "Здесь холодно", когда нам необходимо чье-нибудь прикосновение…

Мы говорим: " Мне незачем больше жить", когда хотим, чтобы нас разубедили в этом…

Мы говорим: "Спасибо тебе за то, что ты есть", когда не можем сказать: "Я люблю тебя"…

Мы говорим: "Я никому не нужен(нужна)", когда мы в действительности не нужны одному-единственному человеку…

Мы говорим: "Я справлюсь", когда стесняемся попросить о помощи…

Мы говорим: "Ты хороший друг",когда забываем добавить: "…но тебе не стать для меня кем-то большим"…

Мы говорим: "Это — не главное", когда знаем, что у нас нет иного выбора, как примириться…

Мы говорим: "Я доверяю тебе", когда боимся, что мы стали игрушкой…

Мы говорим: "Навсегда", когда нам не хочется смотреть на часы…

Мы так много всего говорим, что когда на языке остаются три последних неизрасходованных слова, мы поджимаем губы, смотрим в пол и молчим…
Метки:
promo isursky march 1, 2015 17:01 73
Buy for 10 tokens
Очень часто, люди, увидевшие меня впервые в жизни, задаются вопросом, как с такими руками (пальцы рук практически не работают) ты умудряешься работать за компьютером и управляться с планшетом и прочими гаджетами? Как-как? Вот так! Жизнь заставит - не так раскорячишься! Поначалу туго было. В…
Нас учат не быть прямолинейными, чтобы "кого-нибудь не обидеть", а потом сами же учителя плачут, когда говорят:"ну, почему нельзя было сказать правду?!"
МЫ говорим...
Товарищ один говорит- "я ничего не боюсь. я свободный человек" и при этом настолько важно ему мнение некоторой части общества, что многие факты он боится обнародовать. Хотя люди итак видят и знают. Но он себе в этом не признается